Блоги
Альтернативные новости от небожителей
Воскресенье, 20 Декабрь 2015 19:20

Новогодний сон или письмо губернатору Якушеву

Автор 
Оцените материал
(0 голосов)

 (…из цикла законы и загоны)

Начало читайте в статье Ясное дело № 33, Голубая мечта, Хрен в сумку, Спасение фемиды, Крутая власть.

 

Митька Лыков, девятилетний мальчик, по причине сиротства был отдан на воспитание дальней родственнице по материнской линии Зинаиде Матвеевне в город Тюмень. В ночь на воскресенье, Митька долго не ложился спать и, дождавшись, когда тётка со своими детьми и внуками ушла ко сну, он достал из тёткиного шкапа полузасохшие фломастеры и, разложив перед собой измятый лист бумаги, стал писать.

 

Прежде чем вывести первую букву, он несколько раз пугливо оглянулся на двери и окна, покосился на темный портрет президента, по обе стороны которого тянулись полки с кухонной утварью, и прерывисто вздохнул. Бумага лежала на табуретке, а сам он стоял перед  табуреткой на коленях.

«Милый дедушка, Макар Палыч! - писал он. - И пишу тебе письмо. Поздравляю вас с Новым Годом и желаю тебе всего от господа бога. Нету у меня теперича отца, только ты у меня один остался».

Митька перевел глаза на темное окно, в котором маячило отражение настольной лампы, и живо вообразил себе своего деда Макара Палыча, казака, офицера запаса, благородного человека грузного телосложения, с добрым лицом и веселыми глазами - старика, лет 65-ти.

Ночью он спит в своей комнате или смотрит телевизор, днем же, одев свою казацкую форму, ходит в полицию, или в прокуратуру помахивая нагайкой, уж белее 300 раз ходил, но ничего не выходил, поэтому так и продолжает ходить.  За ним, опустив голову, шагает молодая собачка породы шарпей по кличке Вакса, прозванной так за свой черный цвет. Эта Вакса необыкновенно почтительна и ласкова, одинаково умилённо смотрит, как на своих, так и на чужих, но кредитом доверия не пользуется. Под её почтительностью и смирением скрывается самое иезуитское ехидство. Никто лучше её не умеет вовремя подкрасться и цапнуть за ногу обидчика, забраться в курятник и украсть цыпленка. Её уже не раз наказывали за такие проделки, но все было бесполезно и они повторялось вновь…

Теперь, наверно, дед стоит у входа в полицию, щурит глаза на дежурного  и, притопывая яловыми сапогами, балагурит с полицейскими  и, старчески хихикает.

- Табачку нешто покурить? — говорит он, подставляя очередному полицейскому свой портсигар.

Полицейские с удовольствием закуривают хорошую сигарету. Дед приходит в неописанный восторг, заливается веселым смехом и рассказывает очередной смачный анекдот.

-    Мочи дед!... Мочи! – гогочут полицейские.

Дают курнуть  табаку и собаке. Вакса чихает от дыма, крутит мордой и, обиженная, отходит в сторону. А погода великолепная. Воздух тих, прозрачен и свеж. Еще не ночь, но уже стемнело, видно всю округу с ее крышами и струйками дыма, идущими из труб, деревья, посеребренные инеем, сугробы, подсвеченное здание мэрии, прокуратуры и почты, что стоит через дорогу…Всё небо усыпано весело мигающими звездами, и Млечный Путь вырисовывается так ясно, как будто его перед праздником помыли и потерли снегом...

Митька  вздохнул, помусолил губами фломастер и продолжал писать:

«А вчерась мне была выволочка. Хозяйка выволокла меня за волосья на двор и отчесала веником за то, что я поставил кипятить чайник и по нечаянности заснул. А на неделе хозяйка велела мне почистить картоху, а я начал её чистить, вырезая черные глазки, срезал толстую кожуру, потому, как каротоха гнилая и поганая, не моя, а с рынка….А мою, ту, хорошую, которую мы с тобой садили, госпожа Лебедева уперла еще летом с участка, все 125 кустов…

Так она, Зинаида Матвевна, взяла очистки и  стала мне ими в харю тыкать. Ейные внуки  надо мной насмехаются, велят красть у тётки конфеты и семечки, своих-то нету…. И еды нету никакой. Утром дают овсянку, в обед гнилую картоху и к вечеру тоже овсянку, а чтоб чаю или щей, то хозяева сами трескают. А спать мне велят в прихожей, а когда внуки ихние веселятся, я вовсе не сплю, жду, когда они угомонятся. Милый дедушка, сделай божецкую милость, возьми меня отсюда домой,  нету никакой моей возможности... Кланяюсь тебе в ножки и буду вечно бога молить, увези меня отсюда, а то помру...»

 Митька покривил рот, потер своим черным от фломастера кулаком глаза и всхлипнул.

«Я буду, как раньше полоть картоху, - продолжал он, - собирать колорадских жуков, таскать воду и поливать грядки, а если что, то секи меня, как сидорову козу своей нагайкой. А ежели думаешь, должности мне нету, то я Христа ради, буду тебе сапоги чистить. Дедушка милый, нету никакой возможности, просто смерть одна. Хотел было пешком  до тебя бежать, да сапогов нету, морозу боюсь. А когда вырасту большой, то за это самое буду тебя кормить и в обиду никому не дам, ни прокурору, ни полицейскому, не позволю ходить в прокуратуру и в полицию искать украденную картоху, а помрешь, стану за упокой души молить.

А Тюмень город большой. Дома всё господские понастроены, как в Ишиме у Кадушкиной и машин много, все большие и красивые, как у прокурора. А раз я видел, в одной лавке на окне крючки продаются прямо с леской и на всякую рыбу, очень стоющие, даже есть один такой, что пудового сама удержит. И видал лавку, где ружья всякие на манер дробовика пятизарядного продаются, так что небось рублей тыщу кажный ствол стоит...А в мясных лавках и тетерев, и рябцы, и зайцы, и косули,  и кабаны, а в котором месте их стреляют, про то продавцы не сказывают, говорят, что про это знают только думские депутаты, да чиновники, да судьи еще, те, которые дичью любят питаться.

Милый дедушка, а когда у ребят в школе будет ёлка с гостинцами, возьми мне золоченный орех и в зеленый рюкзачок спрячь. Попроси у Ольги Игнатьевны, скажи, для Митьки".

 Митька судорожно вздохнул и опять уставился на окно. Он вспомнил, что раньше за елкой для школы всегда ходил в лес дед и брал с собою внука. Веселое было время! И дед крякал, и мороз крякал, а глядя на них, и Митька крякал. Бывало, прежде чем вырубить елку, дед выкуривает сигарету, долго перекладывает их в портсигаре, посмеивается над озябшим Митюшкой... Молодые елки, окутанные инеем, стоят неподвижно и ждут, которой из них помирать? Откуда ни возьмись, по сугробам летит стрелой заяц... Дед не может чтоб не крикнуть:

 -  Держи, держи... держи! Ах, куцый дьявол!

Срубленную елку дед тащил в школьный дом, а там принимались убирать ее... Больше всех хлопотала учительница Ольга Игнатьевна, любимица Митьки.

Когда Митька был маленьким Ольга Игнатьевна кормила Митьку леденцами и  выучила его читать, писать, считать до ста и даже танцевать польку…А потом уже Митьку отправили к тётке  Зинаиде…

«Приезжай, милый дедушка, - продолжал Митька, — Христом богом тебя молю, возьми меня отседа. Пожалей ты меня сироту несчастную, а то меня все колотят и кушать страсть хочется, а скука такая, что и сказать нельзя, всё плачу. А намедни хозяйка скалкой по голове ударила, так что упал и насилу очухался. Пропащая моя жизнь, хуже собаки всякой... А еще кланяюсь Алёне, соседу Егорке и тётке Матрёне, а гармонию мою никому не отдавай. Остаюсь твой внук Митрий Лыков, милый дедушка приезжай».

Митька свернул вчетверо исписанный лист и вложил его в конверт, купленный накануне.  Подумав немного, он помусолил фломастер и написал адрес:

                                На деревню  дедушке

Потом почесался, подумал и прибавил: «Макару Палычу». Довольный тем, что ему не помешали писать, он надел шапку и, не набрасывая на себя шубейки, прямо в рубахе выбежал на улицу...

Продавцы из мясной лавки, которых он расспрашивал накануне, сказали ему, что письма опускаются в почтовые ящики, а из ящиков развозятся по всей земле на почтовых машинах.  Митька добежал до первого почтового ящика и сунул драгоценное письмо в щель…

Убаюканный сладкими надеждами, он час спустя крепко спал...

 

Ему снился Ишим, дачный участок в товариществе «Приишимский». На скамеечке сидит дед, свесив босые ноги, и читает его письмо. Неподалеку, на свежевскопанной земле, госпожа Лебедева сажает картоху…Все украденные у него 125 кустов и 50 корней подсолнуха…И еще укроп сеет, много-много укропа…

Рядом госпожа Кадушкина чинит разобранный и унесённый ею забор…

На скамейке, рядом с дедом сидит губернатор Якушев и успокаивает деда: "...не расстраивайся Макар Палыч, - говорит он - комиссия, которую я обещал, уже скоро приедет! Она разберется с правовым нигилизмом в вашем городе и накажет виновных прокуроров и полицаев... Мало не покажется!... А там глядишь и Митянька возвернётся…".   Хорошо сказал, аж плакать захотелось!..

Около скамейки ходит Вакса и вертит хвостом, знать что-то задумала...

 

 

20. 12. 2015 г.

 иллюстрация из интернета

Прочитано 2359 раз

КОММЕНТАРИИ  

Серж Сандал
# Серж Сандал 20.12.2015 21:22
СПАСИБО ВАМ УВАЖАЕМАЯ НАТАЛЬЯ!!! ИНОГДА СНЫ СБЫВАЮТСЯ, И ЭТОТ ТОЖЕ СБУДЕТСЯ!!! ВСЕ ЭТИ ФЕЛЬЕТОНЫ УЖЕ ПЕЧАТАЮТСЯ НА СТРАНИЦАХ ЦЕНТРАЛЬНОЙ ПЕЧАТИ РФ...А ЭТО ТОЛЬКО НАЧАЛО!!!ТАМ И ДО АДМИНИСТРАЦИИ ПРЕЗИДЕНТА НЕ ДАЛЕКО...ПОСМОТ РИМ...

У вас недостаточно прав для добавления комментариев.
Возможно, вам необходимо зарегистрироваться на сайте.

Вход на сайт

Авторы

Архив

« Сентябрь 2020 »
Пн Вт Ср Чт Пт Сб Вс
  1 2 3 4 5 6
7 8 9 10 11 12 13
14 15 16 17 18 19 20
21 22 23 24 25 26 27
28 29 30        

Самое популярное за месяц

Последние комментарии

Адрес:
Тюменская область, город Ишим




Контактная информация

Владимир Воронин
e-mail: Этот адрес электронной почты защищен от спам-ботов. У вас должен быть включен JavaScript для просмотра.;
Телефон: +7-902-815-34-57;
вКонтакте: http://vk.com/viv2050;
 

Надеюсь на плодотворное сотрудничество. 

 

Владелец сайта не несет ответственности за мнения читателей, высказанные ими в публикациях и комментариях.

 

Сейчас 537 гостей и ни одного зарегистрированного пользователя на сайте

Книга Судного Дня Ишим.Независимый городской сайт. Свободное общение свободных людей!Ишим, новости, форум, блоги, фотографии Книга Судного Дня
для детей старше 16 лет